О МИРОТВОРЧЕСТВЕ И НЕ ТОЛЬКО
1 августа в Тирасполе состоялся круглый стол «Феномен российского миротворчества на Днестре: 25 лет мира и стабильности в эпицентре геополитических трансформаций». Приднестровскому Институту социально-политических исследований и регионального развития, выступившему организатором, удалось собрать экспертов не только из ПМР и Молдовы, но также из России, Белоруссии и Сербии. В результате получился своеобразный «мозговой штурм», в ходе которого участники круглого стола попытались дать ответ на вопрос: что сегодня нужно сделать РФ и ПМР, чтобы не допустить слома миротворческой операции и опасности новой войны на Днестре? При этом разговор вышел за рамки собственно миротворчества.

По словам директора ИСПИРР Игоря Шорникова, конфликт между Молдовой и Приднестровьем не только не движется к урегулированию, но и, по большому счету, находится в дальнейшем развитии. Свидетельство тому — экономические, банковские блокады, выставление молдо-украинских таможенных постов на границе с Приднестровьем, попытки дипломатической изоляции ПМР.

В последние недели молдавские власти начали активно выступать с заявлениями о необходимости вывода российских миротворцев и смены формата миротворческой операции. И эти заявления,прозвучавшие с самых различных трибун (в том числе из уст лидера Демпартии Владимира Плахотнюка в Нью-Йорке, а затем на страницах американского издания «The Hill»), никак нельзя недооценивать.

Представители ИСПИРР на круглом столе высказали мнение, что они могут быть связаны и с тактическими задачами, которые Плахотнюк решает в молдавской внутренней политике, чтобы сохранить свою власть после парламентских выборов 2018 года. Лидеру Демпартии, в частности, очень нужно, чтобы Запад все-таки согласился с введением смешанной избирательной системы, за которую молдавский парламент проголосовал 20 июля. И в обмен на это согласие он готов продемонстрировать «повышенную» геополитическую лояльность, предпринимая шаги, направленные на вытеснение России из региона.

Эксперты ИСПИРР дали такой прогноз: если корень всего — внутриполитические цели Демпартии,то антироссийские шаги будут продолжаться, и, возможно, мы увидим еще более радикальные вещи,чем-то, что было в конце июля вокруг празднования 25-летия миротворческой операции. Прогноз фактически сбылся уже 2 августа, когда Дмитрия Рогозина объявили в Молдове персоной нон грата.

Это решение молдавских властей вызвало восторженные отклики антироссийского сегмента социальных сетей в РМ, а также радикально настроенных представителей гражданского общества в Кишиневе. Лидер Демпартии явно добавил себе «плюсов» среди сторонников правых. Как заметило по этому поводу кишиневское издание Newsmaker, «решение объявить Рогозина персоной нон грата,кажется, сделало Владимира Плахотнюка героем для определенной части молдавского общества. Поэтому чего тут больше — внутренней политики или внешней — большой вопрос».

Европа «двух скоростей»

Содержательными на круглом столе получились выступления белорусских экспертов, которые, впрочем, пока пессимистично оценивают ситуацию и вокруг Приднестровья, и в регионе в целом. Так, по словам директора белорусского Центра по проблемам европейской интеграции Юрия Шевцова, «в ближайшие 20 лет мы будем иметь депрессивную Украину», и это скажется на стабильности во всей Восточной Европе. Другой фактор, который коснется всех, — положение внутри Евросоюза.

«Там происходит переход к Европе „двух скоростей“, отказ от идеи равенства и унификации развития всех стран-членов. Конкретно это означает, что после 2020 года неизбежно произойдет сокращение скрытых и явных дотаций, идущих из Брюсселя в Восточную Европу. Больше всего пострадают от этого те страны, которые наименее устойчивы и больше всего теряют население, — Литва, Латвия, Болгария, Румыния», — считает Юрий Шевцов.

Он привел такие цифры: в Польше и Прибалтике до 20% госбюджета — это в той или иной форме европейские дотации. В Румынии и Болгарии дело обстоит не лучше, если не хуже.

«Если эти дотации уменьшатся, то все те проблемы, которые сегодня „заливаются“ деньгами, выйдут на поверхность. Нас ожидает еще период нестабильности в „слабых“ странах ЕС. В итоге всего этого получается, что ПМР довольно долго будет находиться в гораздо худшей региональной ситуации, чем та, в которой вы 25 лет развивались», — сказал белорусский эксперт. В этих условиях, по его убеждению, главное — удержать положение в регионе от новой эскалации,любой ценой избежать возвращения к политическому и военному насилию.

Директор неправительственного аналитического центра «Актуальная концепция» Александр Шпаковский обратил внимание на потенциал украинских Вооруженных сил — по последним рейтингам, они вошли в топ-30 армий мира. Для сравнения: Румыния, например, на 44-ом месте. При этом Украина, по словам Шпаковского, сегодня характеризуется высокой степенью милитаризации и желанием утвердить свои националистические ценности. Эксперт привел и еще одну цифру: только по официальным данным, на руках у жителей соседней страны числится порядка 900 тысяч единиц оружия. Все эти факторы будут служить источником постоянной военной напряженности в ближайшие годы.

Modus vivendi между Россией и ЕС

Доцент Департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ Геворг Мирзаян тоже пока не видит быстрых перспектив стабилизации положения вокруг Приднестровья. «Пока у ПМР и России нет общей границы, хотя бы выхода к морю, ПМР будет заложником двусторонних отношений РФ с Украиной и Молдовой. Сегодня эти отношения „грустные“, мягко говоря», — отметил российский эксперт.

Выход из ситуации есть, но он находится на другом политическом уровне. Положение Приднестровья облегчится тогда, когда будут нормализованы российско-европейские отношения и когда Москва и Брюссель выработают некий modus vivendi в западной части постсоветского пространства. Однако это процесс довольно длительный.

«Конечно, можно увидеть тренд к большему прагматизму европейских политиков; можно увидеть определенные перемены, происходящие в Германии и связанные с отходом от проамериканской линии; можно увидеть какие-то действия во Франции в связи с тем, что Макрон оказался молодым, амбициозным и хочет стать тем, кем не стал Олланд, — посредником на российско-европейском направлении. Но это пока только тренды. Загадывать здесь что-то неправильно и преждевременно», — полагает российский эксперт.

Он обратил внимание на «мини-эйфорию», возникшую в России после победы Игоря Додона на президентских выборах в РМ. «Сейчас оптимисты у нас говорят: давайте помогать молдавскому президенту, пусть он со своей партией попробует выиграть парламентские выборы и даже сформировать пророссийское правительство. Однако я не вижу инструментов, за счет которых Додон может это сделать. Но даже если мы предположим, что он это сделает, и к власти придут промолдавские силы, ситуацию это никак не облегчит, потому что Молдова тогда сама окажется зажатой с двух сторон двумя государствами, у которых плохие отношения с РФ», — считает Геворг Мирзаян.

Не повторить истории Сербской Краины

По словам Посла по особым поручениям в ранге заместителя министра иностранных дел ПМР Руслана Слободенюка, миротворческая операция с участием России сегодня остается единственной гарантией стабильности не только в отношениях между Молдовой и Приднестровьем, но и для всего региона. И она будет играть такую роль еще долгое время.

«Только включение России в 1992 году остановило бойню. Если бы РФ исходила тогда из пространных представлений о вовлечении каких-то международных конструкций в разрешение этого конфликта, думала о какой-то полицейской миссии, то мы бы имели ситуацию, близкую к тому, что произошло в свое время в Республике Сербская Краина. Но решение России было быстрым, четким и оно позволило свести издержки военного конфликта к минимуму. К сожалению, это был дорогой минимум, но могло быть гораздо хуже», — отметил Руслан Слободенюк.

О том, что происходило в Сербской Краине, мир помнит по многочисленным военным преступлениям хорватов, в том числе резне во Дворе-на-Уни (когда за расстрелом сербских стариков-инвалидов наблюдали 200 солдат из датского миротворческого батальона, которым их командование запретило что-то предпринимать) и резне в Груборах (хорватский суд в итоге оправдал трех офицеров,проходивших по этому делу).

По словам сербского эксперта, руководителя аналитического центра «Платформа общественного диалога» Владимира Зотова, воспоминания миротворцев ООН, представлявших западные контингенты,показывают, что они предпочитали не вмешиваться в происходящее.

«Например, по свидетельству канадцев, хорваты платили большие суммы наличными деньгами, чтобы миротворцы им не препятствовали. Проходили совместные с хорватами вечеринки, ужины и другие увеселительные мероприятия. Миротворцы предоставляли хорватам информацию о расположении сербских частей, то есть выступали в роли разведки. Зачастую хорватам выдавалась и форма миротворческих войск», — рассказал представитель Сербии.

В результате хорватских военных операций «Молния» и «Буря» из Сербской Краины было изгнано около 300 тысяч сербов, более 2 тысяч человек мирного населения погибли. Это цена в том числе и западного миротворчества.

Пример Израиля

Если говорить сегодня о перспективах отношений между Молдовой и Приднестровьем, то они очень неясны. Как считает Руслан Слободенюк, до тех пор, пока РМ станет представлять собой последовательную концепцию «государства молдаван», будущего у нее нет.

«В нынешнем виде Молдова подошла к черте, за которой она будет развиваться либо как унитарное государство, но без Приднестровья, либо как государство, которое пройдет тяжелый, длительный путь трансформации. И только по его завершении можно будет говорить о серьезных переговорах с Кишиневом. Именно поэтому государственность Приднестровья является гарантией не только защиты нашего населения, но и нашего развития», — отметил Слободенюк.

Он вспомнил слова Ленина по поводу того, что «всякая революция лишь тогда чего-то стоит, когда она умеет защищаться». То же самое, наверное, можно сказать и о непризнанных государствах. Любое такое государство должно быть достаточно сильным — только так оно сможет претендовать на роль субъекта в региональной политике.

«В данном случае для Приднестровья примером может являться опыт Израиля, который в тяжелых, кризисных условиях сумел построить жесткую государственную модель, и именно эта модель позволила обществу выстоять в очень агрессивном окружении», — подчеркнул приднестровский эксперт.

© ИСПИРР 2019