ЧТО ПРОИЗОШЛО В КИШИНЕВЕ  27 МАРТА 1918 ГОДА?

Доктор истории Петр Шорников – о том, как сто лет назад проходило «объединение» Румынии и Бессарабии.

27 марта 2017 года президент Румынии Клаус Иоханнис подписал Декрет №330 о провозглашении дня 27 марта Днем Объединения Бессарабии с Румынией.  Вопрос о том, можно ли это решение трактовать иначе, чем провозглашение претензий Бухареста на территорию Республики Молдовы и ряд районов Украины, представляется риторическим. Но чем отмечен день 27 марта 1918 года  в истории Бессарабии?

У этого события долгая предыстория. Уже в первые годы ХХ века спецслужба Румынии предприняла попытку создать в Бессарабии сепаратистскую по отношению к России молдавскую национальную партию. В годы Первой российской революции ведущую роль в этой операции играл бывший народник писатель Константин Стере. Затея не нашла у молдаван поддержки, но спецслужба завербовала несколько перспективных агентов. 

После Февральской революции, в марте 1917 года,  в Кишинев прибыл новый резидент румынской секретной службы – Онисифор Гибу. Опираясь на агентуру Стере и располагая средствами, он учредил Молдавскую национальную партию и от ее имени попытался инициировать движение за автономию Бессарабии.  Идея автономизации нашла отклик только в ноябре,  после Октябрьской революции, когда претензии на контроль над Бессарабией предъявила киевская Центральная Рада.  21 ноября на съезде солдат-молдаван по инициативе О.Гибу был учрежден «круглый стол» 29 общественных организаций – «Сфатул Цэрий» («Совет Страны»). В декабре 1917 года этот орган, взяв на себя функции областного законодательного собрания, провозгласил Молдавскую Народную Республику.  Представитель Совнаркома одобрил этот акт.

Реальной властью в крае оставались Советы, им подчинялись многие воинские части, в том числе  I Молдавский полк. 5 января 1918 года, когда  румынское командование направило в Кишинев трансильванский полк, сформированный под Киевом из румынских военнопленных, подразделения Молдавского полка приняли участие в его разоружении, сорвав тем самым попытку румын захватить столицу МНР.

Однако на следующий день румынское командование двинуло в Бессарабию крупные силы. 13 января интервенты после ряда боев вступили в Кишинев. «Сфатул Цэрий» утратил свою и без того сомнительную легитимность, но румынское правительство сохранило его как политический инструмент. 19 января 1918 года  румынские военные схватили членов «Сфатул цэрий» В. Рудьева, В. Прахницкого, Т. Котороса, И. Панцыря и П. Чумаченко, принявших участие в съезде крестьян и требовавших вывода румынских войск из Бессарабии; их отвели в тюрьму и расстреляли. В те же дни были убиты еще два члена «Сфатул Цэрий» – лидер кишиневских социал-демократов (меньшевиков)  Надежда Гринфельд и редактор газеты «Свободная Бессарабия» Николай Ковсан. Около 40 «сфатулистов» (из 120), опасаясь той же участи, скрылись.

 

На их место были кооптированы другие лица.  В ночь на 24 января «обновленный» «Сфатул Цэрий» проголосовал за «Декларацию о независимости Молдавской Демократической Республики». Но бои под городами  Бельцы и Бендеры, на юге и севере Бессарабии продолжались,  в оккупированных городах  и селах  румынские военные устраивали массовые расправы с населением. Большинство членов «Сфатул Цэрий»  опасалось за свою жизнь, но было против  «объединения»  МДР с Румынией.  С их ведома члены «Молдавского юридического общества» к середине марта разработали демократичный проект Конституции суверенной Молдавской республики.  Проголосовал «Сфатул Цэрий» и за выделение средств на содержание молдавских воинских  частей.

Организуя голосование за «объединение», оккупанты использовали угрозы и посулы. Лидерам «Сфатул Цэрий» министр иностранных  дел К. Арион пригрозил: «Если не произойдет объединения, то будет аннексия», а премьер–министр А.Маргиломан пообещал им в случае успеха места в румынском правительстве.  На подкуп колеблющихся «депутатов»  председателю «Сфатул Цэрий»  Ивану Инкульцу выдали 2 миллиона леев (правда, он их присвоил).

От участия в заседании 27 марта (9 апреля) уклонились не менее 25 членов псевдопарламента. Над Кишиневом летали румынские самолеты, а дворец кишиневского предпринимателя Пронина, где заседал «Сфатул Цэрий»,  был оцеплен румынскими войсками.  На заседание прибыл А.Маргиломан.  С призывами проголосовать за «объединение» выступили Константин Стере, бывший член Петросовета Иван Инкулец, «первый молдавский националист» Иван Пеливан…

Но с заявлениями об отсутствии у «Сфатул Цэрий»  полномочий решать этот вопрос выступили представитель профсоюзов Иван Криворуков, лидер Крестьянской фракции Василий Цыганко, представитель болгарского населения Константин Мисирков, председатель Общества немцев в России Александр фон Леш. Другие ораторы заявляли, что этот вопрос может быть решен только путем всенародного референдума.

Дискуссия продолжалась час за часом, а добиться согласия большинства «депутатов» интервентам не удавалось.  Во главе группы офицеров явились генерал Броштяну, отдавший приказ о расстреле пяти членов «Сфатул Цэрий», и военный комендант Кишинева полковник Мовиляну, который распоряжался при их казни.  В зал заседаний были введены румынские солдаты; они угрожали «сфатулистам» штыками. Депутаты какого парламента посмели бы проголосовать в таких условиях «против»?

В «Сфатул Цэрий» такие люди нашлись.  Вопрос об  «условном» (румынское правительство обещало Бессарабии автономию) «объединении» Бессарабии с Румынией был поставлен на голосование  после 7 (семи!) часов споров. Согласно поименного списка,  из 86 присутствующих «депутатов»,  «воздержались» 36,  в том числе 11 молдаван, 8 украинцев, 6 русских, 5 болгар, 4 еврея,  2 немцев.  Еще трое «сфатулистов» – С. Баламезов, А.Осмоловский и Т.Старенький, – бесстрашно проголосовали «против».  Есть основания полагать, что при голосовании имела место фальсификация: в действительности в тот момент в зале находились только 76  «депутатов».   Но будь «Сфатул Цэрий» даже законно избранным парламентом, его решения, принятые в отсутствие гарантий личной безопасности депутатов, нельзя признать имеющими законную силу. 27 марта 1918 года румынские оккупационные власти провели в Кишиневе грубую инсценировку «парламентского» решения вопроса о присоединении Бессарабии к Румынии.

Создание  «Сфатул Цэрий» как законодательного органа Молдавской Народной  Республики путем кооптации было неизбежно в условиях революции.  Он утратил легитимность с момента оккупации территории МНР иностранными войсками.  Его решения, принятые под угрозой штыков и противоречащие воле народов Бессарабии, не возымели международно-правовых следствий. В ноябре 1918 года, упразднив мнимую автономию Бессарабии, Бухарест завершил  ликвидацию первой молдавской государственности ХХ века.

© ИСПИРР 2019