На этой неделе ИСПИРР провел заседание своего дискуссионного клуба. Оно впервые состоялось на платформе Zoom. Темой обсуждения стала ситуация, складывающаяся накануне первого тура президентских выборов в Молдове, и возможные варианты развития событий после 1 ноября. Мы приводим основные тезисы дискуссии.

 

КАКОЙ БЫЛА КАМПАНИЯ ИГОРЯ ДОДОНА?

 

Участники дисклуба выразили солидарное мнение: предвыборная кампания действующего президента РМ вышла блеклой, без каких-то ярких идей. «Она была похожа на некую стратегическую оборонительную операцию, и не всегда эта оборона выглядела прочно. Додону не хватило боевитости и напора. Для второго тура его команде надо что-то придумывать», - считает заместитель директора ИСПИРР Андрей Моспанов.

 

«Игорь Додон действительно провел довольно скучную, консервативную кампанию, но не думаю, что надо было что-то другое проводить. Во всяком случае, он бы не слишком выиграл», - отметил, в свою очередь, президент Ассоциации молодых экспертов Молдовы Александр Кориненко, добавив, что и оппозиция не показала большой воли к победе.

 

Научный руководитель Тираспольской школы политических исследований Анатолий Дирун обратил внимание на то, что в нынешней кампании действующий президент РМ остался фактически в одиночестве, и это где-то просчет и его самого, и его команды. На левом фланге у него нет союзников, нет никого, кто бы помогал Игорю Додону отбиваться. А против него сегодня жестко выступают не только правые, но и уже бывший союзник, мэр Бельц Ренато Усатый.

 

По словам Дируна, в какие-то выгоды для избирательной кампании Додона не получилось конвертировать и коалицию ПСРМ-ДПМ.

 

Директор ИСПИРР Игорь Шорников все же назвал один заметный момент в кампании Додона. Это обещание вернуть русский язык в школы, прозвучавшее на 75-ой Генассамблее ООН.

 

Экс-министр иностранных дел ПМР Владимир Ястребчак, однако, констатировал, что Игорь Додон хоть и выступает в роли пророссийского кандидата, но является таковым лишь условно, поскольку его реальные действия отличаются от его же заявлений. Например, еще до своего президентства он неоднократно говорил о необходимости пересмотра Соглашения об ассоциации РМ-ЕС, но в последние 4 года здесь так и не было предпринято каких-либо попыток.

 

КАКОЙ БЫЛА КАМПАНИЯ МАЙИ САНДУ?

 

У главного правого кандидата тоже не все хорошо. Штаб Майи Санду решал две задачи. Первой из них было дальнейшее «очеловечивание» кандидата, превращение Санду из менеджера западного типа в, условно говоря, «обычную молдавскую женщину». Второй задачей стало привлечение русскоязычного избирателя.

 

По словам Андрея Моспанова, первая задача решена только частично, а с привлечением русскоязычных Майя Санду несколько запоздала.

 

Александр Кориненко считает, что Санду так и не стала для простых молдаван «девочкой из села Рисипены», а осталась «какой-то теткой, которую прислали из Европы». Это подрывает ее шансы, особенно в сельской местности, среди консервативного правого электората.

 

Большой вопрос и в том, сумеет ли Санду мобилизовать молдавскую диаспору за рубежом. По мнению Кориненко, на фоне пандемии COVID-19 диаспора занята выживанием, а не геополитикой.

 

Главным ресурсом кандидата от партии PAS является поддержка западных посольств. По мнению Анатолия Дируна, во втором туре выборов Запад, скорее всего, повлияет на то, чтобы другие правые кандидаты высказались в пользу Санду.

 

КАКИМИ БУДУТ ИТОГИ ПЕРВОГО ТУРА?

 

Как отметил Андрей Моспанов, картина нынешних президентских выборов выглядит сложнее и запутаннее, чем это было в 2016 году. И те данные социологических опросов, которые публикуются, порой ее запутывают только еще больше.

 

По словам заместителя директора ИСПИРР, на сегодняшний день все-таки можно предполагать следующее: Игорь Додон по итогам первого тура приблизится к 40%-ному барьеру (а может, и возьмет его), Майя Санду преодолеет 30%-ный барьер (это для нее очень важно). Результат Ренато Усатого будет больше, чем 10%, а кандидат от партии «Шор» Виолетта Иванова может достичь 5%.

 

Александр Кориненко, в свою очередь, высказал мнение, что Игорь Додон в первом туре способен набрать и больше голосов – 45-46%, а то и 48%.

 

ЧТО ПРОИЗОЙДЕТ В НОЧЬ ПОСЛЕ ПЕРВОГО ТУРА?

 

По словам Игоря Шорникова, в ночь подсчета голосов станет ясно, что будет происходить дальше. Многое зависит от того, каким окажется разрыв между двумя главными кандидатами.

 

«Если результат Додона приблизится к 40% голосов и разрыв с Санду будет менее 10%, то это повышает вероятность реализации «цветного» сценария уже в первом туре. Это даст возможность оппозиции заявить, что власть допустила те самые фальсификации, о которых твердят уже несколько месяцев. Если разрыв будет приближаться к 20% (Додону удастся взять больше 40%, а Санду - чуть больше 20%), основные события будут перенесены на второй тур», - считает Шорников.  По его мнению, дополнительным фактором, способным «поджечь» ситуацию, могут стать президентские выборы в США 3 ноября.

 

Анатолий Дирун также согласен с тем, что элементов «цветной революции» в Молдове можно ожидать уже в первом туре. «И я очень сильно переживаю, чтобы Тирасполь как-то не оказался втянут в эти дела», - добавил он, обратив внимание на заявления одного из кандидатов в президенты РМ Андрея Нэстасе. Нэстасе, как известно, призвал всех «крепких мужчин» отправиться 1 ноября к тем приграничным избирательным участкам, где предположительно будут голосовать жители Приднестровья.

 

«Долгое время нас, приднестровцев, использовали в качестве страшилки – показать, что, дескать, вот приедет некая орда и своими голосами изменит весь политический пейзаж в Молдове… «Приднестровские» участки могут стать источником не фальсификации, а дестабилизации общей ситуации», - сказал, в свою очередь, Владимир Ястребчак.

 

МОЛДАВСКИЕ ВЫБОРЫ И «ЦИВИЛИЗАЦИОННАЯ ВОЙНА»

 

Молдавский политолог Владимир Букарский убежден, что предстоящие выборы будут не рядовыми, а станут частью «цивилизационной войны, о которой, к счастью, открыто говорит российское руководство».  По его мнению, речь идет о ценностях, мировоззрении, отношении к молдавской истории и истории Великой Отечественной войны.

 

Он напомнил о том интервью, которое Майя Санду несколько месяцев назад дала украинскому журналисту Дмитрию Гордону. Там она, в частности, заявила, что Молдова находится в одной геополитической связке с Украиной, а российский воинский контингент в Приднестровье назвала «фактором нестабильности для Молдовы, Украины и Европы».    

 

«В 2016 году Додон, победив на выборах и воплотив чаяния пророссийской, интернациональной части общества, разорвал Балто-Черноморскую дугу, санитарный кордон, который Запад с таким усердием выстраивал у границ России», - подчеркнул Букарский. По его словам, с тех пор Запад ждет в Молдове реванша.

 

ЧТО ПРОИЗОЙДЕТ В ОТНОШЕНИЯХ МЕЖДУ МОЛДОВОЙ И ПРИДНЕСТРОВЬЕМ?

 

Участники дискуссионного клуба считают, что если в Молдове вслед за президентскими будут объявлены парламентские выборы, то 2021 год для переговорного процесса между Кишиневом и Тирасполем будет упущен. Возвращение к некоей переговорной «нормальности» произойдет только в начале 2022 года. Такое мнение в целом поддержали и Игорь Шорников, и Владимир Ястребчак, и Александр Кориненко.

 

По мнению экспертов, если сейчас все-таки победит Майя Санду, то Приднестровью придется столкнуться с концепцией «трех Д» (демократизация, демилитаризация, декриминализация), которую в свое время предлагал Оазу Нантой.

 

При Майе Санду Кишинев будет пытаться подключать Евросоюз и Украину к давлению на Приднестровье. Переговорный процесс в этом случае будет деградировать.

 

Игорь Додон в случае победы, в свою очередь, продолжит в том ключе, в котором он действовал в последние годы. Скорее всего, он попробует вернуться к «большому пакету для Молдовы», предполагающему урегулирование с одновременным выводом российских войск из Приднестровья. Однако поддержат ли сегодня Запад и Россия этот план, поддержат ли на Западе самого Додона – большой вопрос.

 

Если по итогам президентских и парламентских выборов власть в Молдове все-таки не сосредоточится в одних руках, то Приднестровью в этих условиях будет проще. Переговорный процесс тогда, очевидно, ждет стагнация. И, по словам Владимира Ястребчака, она может стать не самым плохим сценарием.

© ИСПИРР 2020