Eastern partners.jpg
ВОЙНА ПРОДОЛЖАЕТСЯ. ИТОГИ САММИТА «ВОСТОЧНОЕ ПАРТНЕРСТВО» ДЛЯ МОЛДОВЫ

В Брюсселе прошел шестой саммит «Восточного партнерства». В рамках этой программы Евросоюз укрепляет связи с шестью постсоветскими государствами: Арменией, Азербайджаном, Белоруссией, Грузией, Молдовой и Украиной. Проект был запущен 7 мая 2009 года на саммите ЕС в Праге. Главная задача «Восточного партнерства» – интегрирование соседей России в европейское экономическое и политическое пространство, при этом формат не предполагает расширение Евросоюза.

Поскольку государства-участники «Восточного партнерства» идут по этому пути с разной скоростью (Белоруссия, например, летом 2021 года вообще приостановила членство в проекте), ЕС решил применять к ним индивидуальный подход.

О том, насколько эффективно работает  «Восточное партнерство», как эта работа пересекается с интересами России, в частности, на молдавском направлении, ПолитНавигатор побеседовал с директором Института социально-политических исследований и регионального развития (Тирасполь) Игорем Шорниковым.

ПолитНавигатор: «Восточному партнерству» – 12 лет. В каком состоянии организация подошла к саммиту? Кто из ее участников добился наиболее серьезных результатов? Насколько актуален этот формат для самого ЕС? 

Игорь Шорников: Проект «Восточное партнерство» – это инструмент реализации внешней политики Евросоюза на восточном направлении. Он предполагает гуманитарное продвижение ЕС на пространство СНГ, мирное занятие в приграничных с Россией государствах ключевых позиций в областях энергетики, экономики, в СМИ, в сферах гражданского общества и так далее. В последние годы, когда в регионе наращивали свое присутствие США, проводящие более напористую политику, проект был поставлен на паузу. Но своей актуальности для ЕС он не потерял.

Сегодня мы видим, что американские подходы в достижении стратегических задач в нашем регионе Европы оказались недостаточны: затяжной конфликт на Донбассе не приводит к ослаблению России; попытка госпереворота в Белоруссии обернулась потерей этой страны для Запада. Запугать Москву угрозами военной эскалации тоже не получилось.

Поэтому, вполне возможно, что в самом скором будущем мы увидим реанимацию «Восточного партнерства». Два миллиарда евро, которые будут выделены на «развитие» восточных соседей ЕС, это весомый стартовый ресурс. Геополитическое наступление будет подкреплено активизацией европейской «мягкой силы». Это новый вызов для Москвы и для тех народов постсоветских государств, которые нацелены на дружбу с Россией.

ПолитНавигатор: По итогам саммита Евросоюз заявил о намерении инвестировать в страны «Восточного партнерства» серьезные деньги, а вот о возможном членстве этих государств в ЕС ничего сказано не было. Новой волны расширения Евросоюза не будет?

Игорь Шорников: ЕС не планирует брать на себя обузу в виде разоренных экономик ряда постсоветских государств. Те средства, которые выделяются на «развитие», должны приносить экономический эффект, в первую очередь, самому Евросоюзу.

Вспомним об основных достижениях европейской политики соседства прошлых лет: Молдова и Украина присоединились к Углубленным и всеобъемлющим зонам свободной торговли, передав, по сути, свои внутренние рынки под контроль ЕС; затем Молдова и Украина получили «безвиз» – для ЕС это тоже хорошее приобретение, поскольку украинские и молдавские мигранты – это дешевая, достаточно квалифицированная и, что немаловажно, культурно близкая европейцам рабочая сила. Какие выгоды получили Молдова и Украина? Никаких. Эти два государства, по сути, – доноры для ЕС.

Те новые финансовые ресурсы, которые европейцы намерены осваивать на этом пространстве, приведут к достижению новых стратегических высот для Запада в нашем регионе. Молдова и Украина не попадут в ЕС, зато они вполне могут стать членами НАТО. Для этого достаточно продолжать вкладывать европейские средства в СМИ и в гражданское общество. Отдача для ЕС будет значительно больше.

ПолитНавигатор: Грузия, Молдова и Украина среди остальных членов «Восточного партнерства» стоят особняком, их называют «отличниками формата», «предбанником ЕС» – эти страны имеют действующие соглашения об ассоциации, безвизовый режим с Евросюзом и, кроме того, образуют Ассоциированное трио. Евросоюз как-то поощрит их?

Игорь Шорников: Эти страны больше остальных открыли свои двери западному влиянию. Элиты, безусловно, снимали и будут снимать сливки, продвигая западные стратегии за счет национальных интересов своих стран. Но вряд ли простые люди почувствуют на себе какое-то поощрение.

Можно привести недавний пример. В газовом кризисе Кишинев занял четкую проевропейскую позицию, пытаясь проводить политику, соответствующую стратегии Третьего энергопакета ЕС. Когда речь зашла о том, что Молдове придется платить рыночную цену за газ, Кишинев обратился за помощью в Брюссель. Там выделили грант на поддержку населения – несчастные 60 млн евро. И все. Теперь же, благодаря проевропейской политике, молдавским потребителям приходится платить за тепло вдвое больше, чем раньше.

Это частный случай, но он наглядно характеризует отношение ЕС к своим вассалам.

ПолитНавигатор: Поговорим о Молдове. Насколько РМ за последнее время приблизилась к своей европейской мечте? И, кстати, кто решил, что ЕС – выбор Молдовы, референдума на этот счет ведь не было?

Игорь Шорников: Для нынешних молдавских властей тут нет никакой проблемы. Раз они победили на выборах, а в своей программе они обещали европейскую интеграцию, значит, народ поддерживает этот курс. В чем-то они правы. Голосование на выборах в 2020 году за Майю Санду и в 2021 году за пропрезидентскую партию ПДС, действительно, усилиями пропаганды было обставлено как референдум. И если сейчас провести такой референдум, то большинство наверняка выскажется в пользу европейской интеграции. Но тут надо пояснить, что внедрить в массовое сознание молдаван «европейский выбор» удалось благодаря многолетней работе СМИ и гражданского общества, существующих на европейские деньги.

В сознании молдаван европейский выбор ассоциируется с высокими стандартами жизни, эффективной и технологичной экономикой, современным образованием, равенством всех перед законом, защитой прав меньшинств (в том числе, прав национальных меньшинств, к которым в Молдове относятся и русские, использовать свои языки), справедливое правосудие и т.д. Но молдаванам никто не объяснил, что европейский выбор – это еще и высокие цены на энергоносители, высокие налоги, дорогие коммунальные услуги и, что немаловажно, враждебная политика в отношении России.

В общем-то, по последним показателям Молдова хорошо продвинулась к «европейской мечте».

ПолитНавигатор: Президент РМ Майя Санду на полях саммита заявила, что Россия препятствует евроустремлениям Молдовы. Россия действительно мешает евроинтеграции? Сотрудничать одновременно и с Западом, и с Востоком у Молдовы не получится?

Игорь Шорников: Для такого государства как Молдова нет иного пути для построения жизнеспособной экономики как сотрудничество и с Востоком, и с Западом — это ее единственное конкурентное преимущество перед другими странами континента. Сейчас свое преимущество молдаване добровольно отдали Брюсселю, согласившись на статус колонии. «Восточное партнерство» – это и есть инструмент колониального подчинения.

У России есть свои интересы в этой части Европы. Прежде всего, это собственная безопасность. Поэтому Москва выступает за сохранение Молдовой статуса нейтрального государства, выступает против присоединения Украины к НАТО. Препятствует ли такая позиция европейской интеграции? Тут стоит вопрос задать самому ЕС: членство в НАТО – это обязательное условие вступления в Евросоюз? Евросоюз не разделяет себя с этим военным блоком? Если нет, а НАТО ведет враждебную политику по отношению к России, значит, и ЕС видит в России врага. Хотела бы Россия умножения числа своих врагов? Конечно, нет.

Стремление Москвы сохранить Молдову в числе своих друзей вовсе не означает препятствие евроинтеграции. Но мы имеем дело с извращенной логикой.

ПолитНавигатор: Фактическим участником Восточного партнерства по воле обстоятельств оказалось Приднестровье. За 12 лет существования программы приднестровские предприятия –  благодаря предоставленным преференциям, а потом договору о беспошлинной торговле –  плотно закрепились на европейском рынке, который стал для ПМР ключевым.

Вот статистка внешнеэкономической деятельности ПМР за январь – ноябрь 2021 года. В страны ЕС за этот период отправлено товаров на 301,4 млн долларов (35,5% в общей структуре экспорта), причем основными потребителями приднестровской продукции явились Польша и Румыния. Продукции на 389,2 млн долларов отправлено в Молдову и на Украину (на эти страны пришлось  46% экспорта). А в страны ЕАЭС ушло продукции всего на 81,5 млн долларов (9,6% от общей цифры экспорта), в том числе в Россию – на 77,4 млн (9%).

В Приднестровье много лет звучат призывы вернуть экспортные потоки, хотя бы частично, с Запада на Восток, но сделать это уже, похоже, не удастся?

Игорь Шорников:  Экономические преференции, которые в одностороннем порядке предоставляются Евросоюзом Приднестровью, – это способ оторвать Приднестровье от России. Отчасти благодаря европейским преференциям приднестровская экономика и держится на плаву. В Тирасполе понимают эту зависимость, но когда все границы республики контролируются тем же ЕС (вспомним европейскую приграничную миссию – EUBAM), сделать ничего не могут. Брюссель не связывал себя никакими формальными договоренностями с Тирасполем, это жест «доброй воли», который в любой момент может быть прекращен. Поэтому Приднестровью не остается ничего другого, как пользоваться тем небольшим окошком, которое ему было оставлено для внешней торговли.

На пути развития торговых связей Приднестровья с Россией стоят Молдова и Украина, по одному звонку из Брюсселя Кишинев и Киев заблокируют и то немногое, что осталось от прежних времен.

До блокады 2006 года, инициированной, кстати, Брюсселем, больше 50% приднестровского экспорта приходилось на Россию. Как раз после этой блокады начался процесс переориентации приднестровского экспорта с Востока на Запад.

Это не значит, что обратный процесс невозможен. Если приднестровская продукция конкурентоспособна на рынках ЕС, она вполне может быть востребована и в Российской Федерации. Если республика получит возможность развиваться в свободном режиме, можно не сомневаться, что свои позиции на рынках Евразийского союза приднестровские предприятия восстановят достаточно быстро.

ПолитНавигатор: Эксперты не раз высказывали опасения, что джентльменское соглашение о беспошлинной торговле с Приднестровьем, которое действует в режиме «non paper», еврочиновники однажды не продлят либо перед продлением выдвинут Тирасполю какие-то политические условия. Есть какие-то предпосылки, которые бы указывали сегодня на такое развитие событий?

Игорь Шорников:  Вся логика развития событий вокруг Приднестровья говорит о том, что именно так и задумано. Европейцы никак не отреагировали на запрет Киева и Кишинева международного движения автомобилей с приднестровскими номерами. Европейцы не заметили срыва молдавской стороной очередного раунда переговоров в формате «5+2», который должен был состоятся в ноябре этого года. То есть, эти события вполне укладываются в тот сценарий урегулирования, который они держат в голове.

Сценарий прост: нужно лишить Приднестровье всех источников к существованию. Они уже контролируют приднестровский экспорт, полностью контролируют перемещение людей, в значительной степени контролируют банковские операции, частично блокируют передвижение автотранспорта, остался один не закрытый сегмент – энергетика.

Поставки газа в Молдову проходят через Приднестровье. Альтернативы российскому газу Кишинев пока найти не смог. На российском газе в Приднестровье работает электростанция, входящая в ПАО «Интер РАО», и которая обеспечивает электроэнергией не только Приднестровье, но и всю Молдову и часть Одесской области Украины.

Если каким-то образом удастся решить вопрос энергообеспечения региона без участия России, то европейцы выложат перед Тирасполем все свои козыри.

На этом, по их расчетам, процесс молдо-приднестровского урегулирования будет завершен.

А следом почти автоматически будет снят вопрос российского военного присутствия на Днестре и вопрос сохранения молдавской государственности. Молдова станет частью Румынии, так и осуществится «мечта» отдельных молдаван о европейской интеграции.

Источник: ПолитНавигатор